1932 — 1941
ЭРА ВЕЛИКИХ
СОВЕТСКИХ
МУЗЫКАНТОВ
НАЧИНАЕТСЯ
Это время первого блестящего взлета Симфонического оркестра филармонии и Государственного симфонического оркестра Союза ССР, время первых конкурсов и выхода на сцену новых звезд, ставших легендами: Святослав Рихтер, Эмиль Гилельс, Давид Ойстрах, Мстислав Ростропович, Евгений Мравинский, Кирилл Кондрашин.

1932 год стал началом новой страницы в истории Московской филармонии: после фактической ликвидации столичной организации Наркомпрос принял решение о ее восстановлении, и в сезоне 1931/32 концертная жизнь начала стремительно набирать обороты.

В 1933 году по инициативе филармонии был проведен I Всесоюзный конкурс музыкантов-исполнителей, который подарил столичной сцене фигуры Эмиля Гилельса и Святослава Кнушевицкого. В 1938 году при участии филармонии прошел I Всесоюзный конкурс дирижеров, где блистали Евгений Мравинский, Натан Рахлин, Константин Иванов, Кирилл Кондрашин.

Появляются новые коллективы: в 1936 году создан Государственный оркестр Союза ССР (ныне — Госоркестр России имени Е. Ф. Светланова), в 1937-м — филармонический Государственный ансамбль оперы под руководством Ивана Козловского, в 1938-м — хор Московской филармонии и Государственный духовой оркестр.

В предвоенное десятилетие на филармонической сцене продолжали выступать мастера европейского исполнительского искусства: пианисты Артур Рубинштейн и Артур Шнабель, скрипачи Яша Хейфец и Ефрем Цимбалист, дирижеры Отто Клемперер и Эрих Клайбер и многие другие.
В 1936 году на сцене Московской филармонии начинают проводиться Декады советской музыки. В концертах звучат премьеры произведений Николая Мясковского, Сергея Прокофьева, Дмитрия Шостаковича, Дмитрия Кабалевского и других крупнейших композиторов нашей страны, которые нередко сами принимают участие в исполнении.
В 1940 году открылся Концертный зал имени П. И. Чайковского.

Концертная жизнь стремительно набирает обороты: новые коллективы и новые звёзды
Первые гастроли Артура Рубинштейна
в СССР
Осенью 1932 года по приглашению министерства культуры СССР Артур Рубинштейн впервые приехал в советскую Россию и выступил в Большом зале консерватории. В программе были произведения Шопена и три пьесы из балета «Петрушка», редакцию которых Стравинский сделал специально для Рубинштейна. С особым восторгом московская публика приняла незнакомые ей произведения Исаака Альбениса и Мануэля де Фальи, написанные для блистательного пианиста.

Из воспоминаний Артура Рубинштейна:

«Русские очень музыкальны. Они полностью вовлечены в исполнение, со всей душой и сердцем. Они легко увлекаются и приходят в восхищение, но так же легко расстраиваются и разочаровываются. Моя игра чрезвычайно им понравилась, особенно моя интерпретация Шопена и пьес Альбениса, которые были для них новы. Однако, „Петрушка“ была принята прохладными вежливыми аплодисментами. Мои бисы — „Наварра“ и „Танец огня“ де Фальи — вызвали дикий восторг и овации. Пожилой служитель в артистической, который работал там еще с царских времен, сказал мне с глубоким вздохом: „Больше нет ни чая, ни лимона, ни пирожных. Не осталось ничего, ради чего стоит жить“. Это была единственная искренняя фраза, которую я услышал за время пребывания в России».

Последняя фраза все же является преувеличением. В Москве Рубинштейн встречался с музыкантами, в том числе со своим давним другом Генрихом Нейгаузом. Кроме того, сам того не ведая, Рубинштейн сыграл решающую роль в судьбе двух выдающихся советских пианистов. В Одессе он слушал игру 13-летнего Эмиля Гилельса: знаменитый музыкант сразу почувствовал в мальчике божественную искру, он поцеловал робкого подростка в обе щеки и записал его имя в записную книжку, чтобы передать Генриху Нейгаузу.

Много лет спустя на приеме в Нью-Йорке к Рубинштейну подошел Святослав Рихтер и сказал: «Я был на вашем концерте в Одессе, когда вы исполняли „Петрушку“. Тогда я изучал изобразительное искусство, но ваша игра настолько меня вдохновила, что я решил стать пианистом. В какой-то мере своей карьерой я обязан вам».
1932-1933
1932-1933
Слушательская конференция в Школе фабрично-заводского ученичества завода "Калибр", 1933
1933—1934
Слушательская конференция на электромеханическом заводе, 1933

В сезоне 1933−1934 в Московской филармонии начал работу Сектор массовой музыкальной пропаганды. Он отвечал за проведение концертов вне филармонических залов — в клубах в разных районах Москвы. Его главной задачей было привлечение новой, по преимуществу рабочей аудитории, и обширная просветительская деятельность: лекции и вступительные слова перед концертами, выставки, рассказывающие о музыкальных произведениях и инструментах симфонического оркестра. Большой любовью публики пользовались слушательские конференции и викторины, с помощью которых закреплялся материал вступительной лекции; активных участников викторин премировали билетами на концерты в Большой и Малый залы консерватории.
За сезон 1933/34 Сектор провел колоссальную работу — 150 концертов. Насколько непростой была задача музыкального воспитания рабочей аудитории, стоявшая перед филармонией, говорит хотя бы тот факт, что среди достижений отмечалось: «Слушатели уже не смеются над колоратурным сопрано». В отчетах о работе Сектора также говорится, что солистов часто просили много играть на бис, и то, несомненно, свидетельствует об огромном интересе публики и важности просветительской работы.
Сектор массовой музыкальной пропаганды

1932-1933
1934—1935
1935—1936
Артисты Московской филармонии в Сибири
В 1930-е годы артисты Московской филармонии вели колоссальную по масштабам шефскую и просветительскую работу. Только в сезоне 1936/37 состоялось около 1500 всевозможных мероприятий для массового слушателя, которые проходили на сценах рабочих клубов, домов культуры и других площадках. А зимой 1936 года музыкальный десант отправился в Нарым: арфистка Вера Дулова, скрипачка Роза Уманская и пианистка Елизавета Лойтер «первыми проложили трассу широкому движению культурных сил на север».
Сибирская
Экспедиция
1931 г.
Филармонический сезон 1936/37 открылся 5 октября в Большом зале консерватории, до отказа наполненном публикой: это был первый концерт масштабного Бетховенского цикла и первое выступление только что созданного коллектива — Государственного симфонического оркестра СССР (ныне — Госоркестр России имени Е. Ф. Светланова). Появление в музыкальной жизни столицы нового и очень крупного игрока — в составе коллектива было 130 профессиональных музыкантов — стало огромным событием.

Концерт открылся «Интернационалом», исполненным под управлением первого главного дирижера Госоркестра Александра Гаука. Обладая чрезвычайно широким и разнообразным репертуаром, Гаук был прирожденным дирижером-педагогом, и этим оказался особенно ценен для молодого коллектива. Уже в 1937 году оркестр был одним из основных участников первой Декады советской музыки, а в сентябре 1938 года вынес на своих плечах огромную нагрузку, участвуя во Всесоюзном конкурсе дирижеров.

В основной программе были две симфонии Бетховена — Первая и Третья. Дирижировал знаменитый австрийский дирижер Эрих Клайбер. «Первый симфонический концерт Филармонии, блестяще проведенный Клайбером, — хорошее начало — половина дела, — как гласит старая поговорка. Будем надеяться, что Гос. филармония с честью выполнит взятые на себя обязательства перед большой советской аудиторией, которая лучше чем кто бы то ни было и где бы то ни было умеет ценить подлинное искусство и подлинное мастерство», — писал Георгий Хубов в «Советской музыке».
Первый концерт Государственного симфонического оркестра СССР
Первый концерт Госоркестра СССР, дирижер — Александр Гаук
1936—1937
1937—1938
1938—1939
Генрих Нейгауз на роялем

В сезоне 1939/40 Генрих Нейгауз представил в Малом зале консерватории цикл из семи концертов «Сонаты Бетховена». Они всегда занимали в репертуаре и педагогической деятельности пианиста важнейшее место, однако концертная серия этого сезона — уникальный случай, когда Нейгауз исполнял бетховенские сонаты циклом.
Во втором концерте цикла прозвучали сонаты №№ 4 (ор. 7), 8 (ор. 13), 28 (ор. 101) и 29 (ор. 106).

Из воспоминаний Генриха Нейгауза:
«Когда мне было лет 17—18 (это было летом в чудесной деревне Полтавской губернии Мануйловке, впоследствии прославившейся, так как там часто отдыхал М. Горький), я впервые принялся за изучение труднейшей сонаты Бетховена — ор. 106 B-dur, Hammerklavier, с фугой. Принялся я за это очень рьяно, и если не играл ее, то все время о ней думал — на прогулках, во время купанья, сидя за обеденным столом… Укладываясь спать, я клал сонату на стул рядом со свечой (электричества тогда в Мануйловке еще не было) и читал ее до тех пор, пока сон меня не одолевал. Во время сна соната мне снилась, и бывало так, что я вдруг „застревал“ в фуге во сне, не знал — как и что дальше. Это причиняло мне, очевидно, такое беспокойство, что я просыпался, зажигал свечку, брал ноты и читал фугу с того места, где я застрял. Потом опять засыпал. Бывало это не раз. В результате такой „работы“ я выучил всю сонату наизусть ровно в шесть дней, а для такой вещи это срок минимальный».
Генрих Нейгауз: Бетховенский цикл

Он был открыт 12 октября 1940 года, в год 100-летия со дня рождения П. И. Чайковского, и носит имя великого русского композитора.

Торжественные концерты состоялись 12 и 13 октября с участием Государственного симфонического оркестра Союза ССР. В первый вечер за дирижерский пульт встали Александр Гаук и Константин Иванов, во второй — Александр Мелик-Пашаев. Арии из опер Чайковского исполняли выдающиеся солисты Большого театра: Валерия Барсова, Иван Козловский, Надежда Обухова, Марк Рейзен, Елена Кругликова, Вера Давыдова (не указана в афише), Сергей Лемешев, Пантелеймон Норцов и Владимир Сливинский. В фортепианном концерте солировал Лев Оборин.

«Как всегда, с огромным успехом выступал М. Рейзен, исполнивший арию Гремина из "Евгения Онегина" и романс "Благословляю вас, леса". И все же самый большой и вполне заслуженный успех выпал на долю молодого дирижера К. Иванова, дирижировавшего симфонической фантазией "Франческа да Римини". Молодой артист выступал уже в первом часу ночи, перед аудиторией, прослушавшей до этого большую музыкальную программу. Но он заставил публику позабыть и о позднем времени, и об усталости, заставил с увлечением слушать дивную поэму о Франческе и Паоло.

<…> Пламенный темперамент, великолепный, властный дирижерский жест, умение читать в партитуре главное, передавать поэтический смысл чудесного творения Чайковского, — вот что покорило слушателей в исполнении К. Иванова. <…>

Первый концертный сезон в зале им. Чайковского начался. Советская столица обогатилась еще одним замечательным домом музыкальной культуры". / В. Городинский. «Правда», 13 октября 1940 /
Концертный зал на Триумфальной площади — главная концертная площадка Московской филармонии.
ОТКРЫТИЕ КОНЦЕРТНОГО ЗАЛА ИМЕНИ
П. И. ЧАЙКОВСКОГО
1940—1941
афиши и документы
Перейти к следующей эпохе